Алконавты Карибского моря

Чтобы снять «Ромовый дневник», Джонни Депп и режиссер на время съемок отправились в запой

В «Ромовом дневнике» Джонни Депп вернулся на странные берега Карибского моря — и в шкуру одного из самых знаменитых своих героев. Кое-кто ждал этого фильма десять лет — ждали поклонники мощного американца Хантера С. Томпсона, застрелившегося шесть лет назад, чтобы избежать дряхлой старости. «Ромовый дневник» — ранний роман бешеного харизматика Томпсона, которого позже — в 70-е годы — прославила книжка «Страх и ненависть в Лас-Вегасе». В 90-е годы безумие «Страха» практически побуквенно перенесли на экран в одноименном фильме. Лирического героя Томпсона там сыграл Джонни Депп, тогда же подружившийся со своим прототипом.

Справка: «Ромовый дневник» (Rum Diary; США, 2011) — экранизация автобиографического романа Хантера С. Томпсона о похождениях пьющего американского репортера в Пуэрто-Рико середины века. Режиссер — Брюс Робинсон («Уитнэйл и я», «Дженнифер 8»). В ролях — Джонни Депп, Аарон Экхарт («Здесь курят», «Темный рыцарь»), Джованни Рибизи. Бюджет — 45 млн долларов. 120 мин.

Время действия — 1960 год. Неудачливый репортер (и еще более неудачливый писатель) Пол Кэмп в жестоком похмелье просыпается в мутном от перегрева городишке в Пуэрто-Рико. Сюда он сбежал из Нью-Йорка и устроился в местную газету, в которую только рыбу заворачивают. Поселился в сомнительном районе в квартире, где в кране нет воды — зато есть телевизор (у соседей в доме напротив). Прямо в этой квартире один коллега Пола держит орущих бойцовых петухов, другой — спившийся до слабоумия сифилитик — свою коллекцию пластинок с речами Гитлера.

Снаружи — нищета, жар и пар, ор и вонь. Впрочем, иногда Пол (тщательно поддерживающий себя ромом в блаженно полужидком состоянии) просачивается в другой мир, отгороженный от жадных взглядов пуэрториканских крестьян проволокой. Здесь пахнет деньгами и роскошью, и нагишом загорает выведшая Пола из душевного равновесия сумасшедшая блондинка — подруга мачистого жулика-пиарщика. Сам пиарщик нанимает Пола написать серию заказных статей, которые подготовят общественное мнение к бурной активности жирных девелоперов, собирающихся застроить девственные побережья многоэтажными отелями. Пола тошнит — и от рома, и от мироустройства.

Вообще «Ромовый дневник» с его дряблыми СМИ, безнадежными настроениями, коррупцией и циничными пиарщиками (один говорит: «Обыватель не хочет раскачивать лодку, он хочет на борт») кажется здесь и сейчас страшно актуальным.

Главное в «Дневнике», впрочем, не актуальность и даже не то, что это — кино с Джонни Деппом, а стоящая за ним писательская фигура. Хантер С. Томпсон увековечен в словарях словом «гонзо». Гонзо — это жанр на стыке журналистики и литературы: дикий, часто обрывочный (сплошной шум и ярость) репортаж, написанный пьяным соучастником события. Он честен, потому что признает свою предельную субъективность. Подражателей у Томпсона с тех пор (70-х годов) было не счесть. Правда, в ХХI веке, где каждый пишущий в блогах и форумах — немного и репортер, и зачастую (преднамеренно или по наивности) немного гонзо, — все это утратило остроту.

Уже игравший лирического героя Хантера С. Томпсона в «Страхе и ненависти в Лас-Вегасе» (и тогда же ставший другом и приятелем бесноватого доктора) Депп десять лет тащил «Ромовый дневник» на экран. Получилось забавно — но не Томпсон и уж точно не большое событие.

Режиссер Брюс Робинсон, несколько лет пребывавший в полной завязке, на время съемок «Ромового дневника» дисциплинировано командировал самого себя в запой.

В итоге в «Ромовом дневнике» удалась собственно грубоватая алкогольная комедия — сама атмосфера пьяного угара на берегах ромовых морей. Тут есть смачные детали, добытые с воистину репортерской хваткой: похмельное питье из аквариума, прямо-таки источающие запах спирта капли пота на кончиках носов, комедия с поджогом полицейского. Убийственный момент — постельная сцена с участием Гитлера в качестве третьего лишнего, что согласитесь, увидишь, нечасто.

Для фанатов жанра «наркоманский фильм» тут есть отсылки к «Страху и ненависти в Лас-Вегасе»: когда заканчивается ворованный с фабрики спирт, герои закидываются галлюциногенными глазными каплями (в оригинальном тексте никаких наркотиков не было).

Собственно, на фоне этой грязной и остроумной фактурности особенно раздражают отдельные киношные условности-нелепости — вроде привычки героя цензурно принимать душ в набедренном полотенце.

Роман «Ромовый дневник» больше похож на джазовую импровизацию, чем на связную историю. Поэтому фильм мил и забавен, пока остается остроумными заметками очень пьяного джентльмена на очень грязных манжетах. Но совершенно пропадает, когда пытается обзавестись сквозным стержнем истории о становлении личности. Тут создатели перебарщивают с тщательно разжеванным идеализмом. Вместо собственно зубастого и опасного доктора Томпсона — злого просто по природе своего таланта, — персонаж тут, трезвея, растет в безупречного и белозубого репортера и гражданина, заслужившего конец «и жили они долго и счастливо».


Елена Полякова
Кадры из фильма — kinopoisk.ru

Читайте также

Новости

https://bael5.variti.net/tohZ7?id=SMI